Русский романс, русское слово

Валера Агафонов…В нашем доме его звали Валерочка. Моя мама, студентка муз. училища им. Римского-Корсакого во времена войны за маленький паек и теплый чай работала воспитательницей в детском саду. В ее группе был большеглазый и очень музыкальный мальчик Валерочка Агафонов.

С его мамой Марией Леонидовной моя мама продолжала дружить, и после войны. Жили мы на одной улице – Моховой и иногда мама брала нас со старшей сестрой к ним в гости. Помню, как мы несли в подарок на День рождения Валеры крепкий резиновый мяч. Во время взрослого застолья играли им в футбол в коридоре. Меня, младшую поставили «на ворота» в простенок, а Валера с Галкой носились, как сумасшедшие, так что мяч то и дело оказывался у меня за спиной. Надо сказать, что мама всегда удивительно тепло относилась к Валере, не забывая повторять, что он определенно талантлив. Она даже несколько обижалась на Марию Леонидовну, которая, будучи простой женщиной, не очень прислушивалась к словам своей приятельницы. Война помешала, и творческая биография мамы не сложилась. Но она жила всем новым, интуитивно угадывая особенно способных. Так случилось и с Валерой.

…Как-то в очередной раз, убежав с урока в учебный театр, а наша 192 школа находилась в бывшем Тенишевском училище и была соединена с ним галереей, я увидела Валеру. Теперь разница в возрасте казалась огромной, но он меня узнал, передал привет моей маме и сказал, что работает здесь, посещает уроки В. Меркурьева, и играет на гитаре…Разбежались…Я, спряталась за высокую спинку предпоследнего ряда, с трепетом ожидая начала репетиции, Валера скрылся в кулисе…
…Помню встречу в нашем любимом дворе на Моховой 27. Я уже была студенткой театрального института. Валера вернулся из Прибалтики, где работал артистом. Тогда мы впервые заговорили о его увлечении романсом. Я сказала, что хорошо бы зайти к нам, пересмотреть мамины ноты – их у нас было море. И снова разбежались…

После окончания института, я некоторое время работала в Казани в БДТ им. Качалова. Мама в одном из писем писала, что слышала по радио концерт Валеры Агафонова, и что это уникальное явление. Она позвонила ему, поздравила, узнала, что они с женой Таней купили дом в Пушгорах, и что хорошо было бы, нам с ней к ним приехать погостить. Валера передавал мне через маму привет, спрашивал, как мои «музыкально-гитарные» успехи. Он знал, что я увлекаюсь бардовскими песнями.
Я думаю наступило то время, когда мы могли бы очень подружиться уже как взрослые люди, любящие театр, музыку, русский романс… Но случилось по-другому… Концерт Валеры в филармонии я увидела уже в записи, после его трагической, скоропостижной смерти.

Валеру нельзя слушать без комка в горле. Его музыкальная интонация, тембр голоса, понимание и проникновение в текст, в смысл, владение гитарой – безупречны. Романс в его исполнении неповторим. Занимаясь романсом профессионально, имея большой концертный опыт, я бесконечно учусь у него, слушаю и не могу наслушаться. И каждый раз при первых гитарных аккордах я благодарю судьбу, что она дала мне возможность просто знать этого человека, помнить его живым с прилипшей ко лбу челкой… Подарила счастье слышать его голос… Голос большого артиста…

Творческая жизнь Валеры была неотделима от времени и страны, в которой мы все жили: и его смерть на пороге признания, и сегодняшняя мемориальная доска, которая его так бы удивила.
На нескольких рисунках Модильяни повторяется одна надпись: «Жизнь – это дар для немногих избранных и для всех остальных». Валера, несомненно, был и остается среди тех, немногих, избранных.

Засл. Арт. России Лариса Дмитриева
Автор и ведущая программы «Романы и романсы»
Хозяйка салона «Петербургские мотивы»